Сегодня, 14 июля 2026 г.

Слова воскресшего Христа, встреченного Павлом на дамасской дороге, вызывают двоякое впечатление. С одной стороны, всё просто и ясно: лезть на рожон бесполезно, Бог в любом случае сильнее человека, и не человеку, пусть и такому во всех отношениях одарённому, как Павел, противостоять Царству, входящему в мир. И всё же...

Слова воскресшего Христа, встреченного Павлом на дамасской дороге, вызывают двоякое впечатление. С одной стороны, всё просто и ясно: лезть на рожон бесполезно, Бог в любом случае сильнее человека, и не человеку, пусть и такому во всех отношениях одарённому, как Павел, противостоять Царству, входящему в мир. И всё же: разве мало людей, ему противостоящих? Всем ли им Христос является так, как явился Павлу? Ответ очевиден. Остаётся лишь вопрос: почему же так? Разве не может Воскресший явиться каждому сомневающемуся и даже противящемуся для того, чтобы, наткнувшись на Него, как на рожон, человек убедился и превратился из противника в верного последователя, как это произошло с Павлом?

Если рассматривать этот вопрос, по-современному выражаясь, с технической точки зрения, никакой проблемы тут нет. Проблема в другом: в духовном выборе человека и в свободе его воли. Насильно Царство не навязать, его можно принять только добровольно. И не потому, что неверующий человек не может его увидеть — если Бог захочет, Царство увидит любой, — а потому, что структуру Царства образуют отношения любви, связывающие его обитателей с Богом и со Христом, их всех между собой и, наконец, Самого Христа с Его небесным Отцом. Тут уже без доброй воли никуда: насильно мил не будешь, полюбить против желания невозможно.

Но как же тогда быть с Павлом, который наткнулся на Христа и Его любовь, как на рожон? Где тут свобода? На первый взгляд кажется, что ни о какой свободе в данном случае и речи нет — если бы не одно «но»: Павел, ещё будучи Савлом, уже сделал свой выбор. Выбор в пользу Бога, Торы, пути праведности — так, разумеется, как он их понимал. Теперь Богу оставалось лишь скорректировать его представления о Себе, о Мессии, о Торе, о пути праведности. Он и делает это — быстро и решительно, сообразуясь с характером и личностными качествами того, чей путь хочет выправить. Став Павлом, Савл переменился кардинально, качественно — он приобщился к жизни того Царства, о котором раньше мог лишь мечтать. Но духовный его вектор остался прежним, в этом отношении он не изменил себе. Он лишь прошёл свой путь до конца, а в конце нашёл то, чего искал: Мессию и Царство.