Сегодня, 23 сентября 2026 г.

Ещё со времён Моисея левитам, то есть представителям племени (или, как иногда говорят, колена) Леви, было поручено всё, связанное со Скинией и культом. Тут сыграло свою роль и традиционное для родоплеменного общества представление о наследственных занятиях, становившихся нередко...

Ещё со времён Моисея левитам, то есть представителям племени (или, как иногда говорят, колена) Леви, было поручено всё, связанное со Скинией и культом. Тут сыграло свою роль и традиционное для родоплеменного общества представление о наследственных занятиях, становившихся нередко исключительной прерогативой того или иного рода, и авторитет Моисея и Аарона как духовных вождей народа. Исключительное право левитов на всё, так или иначе связанное со Скинией, а позднее и с Храмом, восходит именно к этим временам.

Вместе с тем левитам не полагалось иного материального обеспечения, кроме того, которое они могли получить от алтаря: им причиталась известная часть от каждого жертвоприношения, за счёт которой, как предполагалось, они и должны были жить. Кроме того, у них были особые селения, где находились принадлежавшие представителям их соплеменникам дома, но собственных родовых наделов, подобных тем, какими владели остальные еврейские племена, у них не было никогда: такой собственности им по закону не полагалось.

С одной стороны, тут предполагалось некоторое чисто профессиональное разделение: ведь на культ и на всё ему сопутствующее смотрели и как на профессию тоже, он был занятием, которое должно было кормить тех, посвящал ему свою жизнь. С другой стороны, речь шла о том, чтобы оградить тех, кто посвящает свою жизнь служению Богу, от неизбежных последствий владения достаточно значительной недвижимостью, особенно земельной, которая требует к себе пристального внимания и постоянной заботы.

Человек, посвятивший себя Богу и алтарю, должен был быть свободен от таких забот; он мог иметь дом и домашнее имущество, но большой земельный надел неизбежно потребовал бы к себе такого внимания и такой включённости в жизнь «мира сего», которые негативно отразились бы на главном деле его жизни.

И Иезекииль от лица Божия лишь подтверждает правильность такого подхода: ведь Бог хочет человека целиком, Он хочет Себе его сердце, душу, тело. Конечно, Он не желает лишать Своих служителей того, что им необходимо для жизни, но Он против того, чтобы этот мир поглощал большую часть их сил и времени. Ведь, как известно, сердце человека там, где его сокровища.