Разумеется, Библия ничего не говорит об аборте напрямую, так как медицина древности не знала
этой операции. Тем не менее, библейская позиция по этому вопросу может быть выявлена достаточно
ясно. Человеческий зародыш на любой, даже самой ранней стадии развития в
библейских текстах считается человеком, которому свойственны основные человеческие проявления.
Развитие зародыша происходит пред глазами Бога, и все этапы этого развития – часть Божьего
замысла о человеке. Прежде возникновения человеческого зародыша все дни жизни человека «записаны
в книге», т.е. замысел Бога о человеке предшествует его зачатию. Об этом с очевидностью
свидетельствуют слова...
![]()

В следующих стихах, как и в Рим 1:4; Гал 1:2-4; 1 Фес 1:10и др, Павел развивает основное положение Четвероевангелия о воскресении Христа во плоти (ср Деян 1:8). "Некоторые из вас говорят, что нет воскресения мертвых" - "Надо полагать, что смысл их слов был такой: воскресение мертвых невозможно. Апостол вполне опроверг их: ибо если есть - совершилось, то возможно; "ab esse ad posse valet consequentia" (Св Феофан Затворник).
"Если Христос не воскрес,... то тщетна и вера ваша" - если мы не можем воскреснуть, то и воскресение Христа не имеет смысла. Для неверующих в воскресение Христово вера древнего Израиля в приход обетованного Спасителя теряет свое значение. "Вы еще во грехах ваших" - грех побеждается причастностью человека к новой жизни, жизни воскресшего Христа (ср Рим 6:8-10; Рим 8:2).
От церковных, нравственных и литургических вопросов апостол переходит теперь к догматическому вопросу — о воскресении мертвых. Очень вероятно, что сомнение в воскресении мертвых возникло среди некоторых коринфян (ст. 12) под влиянием Платонова взгляда на материю вообще (ὓλη) как на источник физического и нравственного зла и на тело в частности, как на греховное начало в человеческой природе. Этим воззрением только и можно объяснить, почему грекам казалось совершенно нежелательным будущее восстановление или воскресение тела. Может быть, отрицавшие будущее воскресение коринфские лжеучители, подобно позднейшим еретикам (2 Тим 2:18), говорили, что «воскресение уже было», понимая под воскресением духовное обновление человечества благодатью искупления.
В противовес этим лжеучителям, апостол сперва доказывает, что с воскресением мертвых стоит и падает все искупление. Прежде всего он твердо устанавливает факт воскресения Христова, которое составляет основу, на какой покоится надежда на наше собственное воскресение (1-11). Затем он разъясняет, что отрицание воскресения мертвых ведет непременно к отрицанию воскресения Христа, а с этим вместе к отрицанию истинности свидетельства апостолов и всего христианства (12-19), и что — наоборот — вера в воскресение мертвых, тесно связанная с верою в воскресение Христа, составляет собою основу, на которой зиждутся все надежды христианина (20-28). В пополнение к сказанному апостол делает замечание еще о некоторых последствиях, к каким ведет отрицание будущего воскресения. Именно в этом случае является совершенно бессмысленным крещение для мертвых и смерть за Христа. Напротив, жизнь в наслаждениях составляет единственно правильный исход из такого отрицания (29-34).
И Христос не воскрес. Кто отрицает следствие (всеобщее воскресение), тот должен отрицать и его причину (воскресение Христа).
Проповедь наша тщетна. Главный предмет апостольского свидетельства образует воскресение Христа. Поэтому, с отрицанием воскресения Христа, утрачивает все свое существенное содержание и апостольская проповедь (тщетна — правильнее: пуста). Вера коринфян также оказывается привязанною к предмету, который существует только в воображении.
Лжесвидетелями о Боге, т. е. приписали бы Богу то, чего Он не совершал.
Свидетельствовали бы о Боге — правильнее: на (или: против) Бога. Это было бы оскорблением Богу.